— Прячьтесь! Прячьтесь!.. — торопил его Коля. — Он сейчас может вернуться…

Беглец с трудом поднялся и заковылял к сараю.

— Постарайся опять забить гвозди, — проговорил он, с трудом переступая через порог.

Но гвозди забить не удалось. Заскрипела калитка, и Коля едва успел отскочить от сарая. По тропинке к дому быстро шел Борзов. Он был чем-то недоволен и сбивал палкой, которую держал в руках, головки цветов.

Коля замер. Ему казалось, что он все еще очень близко стоит к сараю и к забору, где доски явно смещены. Бежать обратно — значит выдать человека, который ему доверился. Остаться на месте — надо объяснять, как он попал во двор, охраняющийся таким злым псом.

Звякнул замок, который Никита Кузьмич снял с засова, и дверь распахнулась. Сейчас войдет в дом, и тогда он сможет убежать. «Бежать, бежать!» — только об этом сейчас думал он.

Но Никита Кузьмич не торопился входить в дом. Он стоял спиной к Коле и о чем-то думал. Потом Коля услышал его негромкий голос:

— Иди за мной!..

Хлопнула дверь, и Никита Кузьмич скрылся за ней. Коля боязливо поднялся на крыльцо и долго, прежде чем войти, стоял с бьющимся сердцем.

— Войди же наконец, — услышал он приглушенный голос Никиты Кузьмича.

Банщик в пальто и в шапке стоял посреди комнаты. Острое лицо его было злым, а руки нервно крутили палку.

— Ты как сюда попал? — спросил он, стараясь говорить спокойно. — Ведь я тебе сказал, чтобы ты перелез через забор.

— Я и перелез через забор, — ответил Коля.

— Посмотри мне в глаза… Врешь! Тебя бы разорвала собака. Как ты сюда проник, отвечай!..

— Я перелез через забор… — стараясь глядеть прямо в колючие глаза Борзова, проговорил Коля.