С трудом выкарабкавшись из чересчур низкого кресла, я встал и протянул китайцу руку:

— Илья Стогов. Очень приятно.

— И… Эль… Как вы сказали?

Вечеринка вступала в кульминационную фазу. Мунвеевские DJ's отжигали по полной. В стоящем грохоте бизнесмену из Китая не светило разобрать, что здесь имя, что фамилия и как все это следует произносить.

Я попытался выговорить более членораздельно. Это было бесполезно. Стоять, когда под коленки упирается кресло, а прямо в… как бы помягче?.. давит стол, было неудобно. Я поступил проще.

Нащупав в кармане редакционную визитку, я вложил ее в раскрытую ладонь бизнесмена.

— Журналист? Вы журналист? О-о! Как интересно! Позвольте вас угостить! Водка? Жасмин, ты? О'кей, три водки!

Сжимая мою визитку как величайшее в мире сокровище, Ли семенящими шагами порулил в направлении бара. Все-таки китайцы очень вежливый народ.

Едва он отошел на безопасное расстояние, Жасмин подскочила в кресле:

— Ты действительно журналист?

— Действительно.

— Как твоя фамилия? Ах да — Стогов… Что-то я о тебе никогда не слышала.

— Хватит того, что я сам о себе слышал.

— Ты известный журналист? Где ты работаешь? На телевидении?

— Нет, в газете.

— У-у, я думала, на телевидении… А в какой газете?

— Не скажу.

Визитки нам на работе выдавали редко и помалу. Вообще-то я их берег, кому попало не раздавал. Но раз так вышло, то ладно. Жасмин была готова выпрыгнуть из платья прямо за столом. Ну и опять-таки китаец угостит.

Первые несколько бутылок пива я купил еще днем, в редакции. Потом было красное вино в отделе социальных проблем. Потом снова пиво. Платить приходилось в основном мне.

Работа все никак не могла начаться, а сразу после этого кончилась. На радостях все поехали к машинисткам домой. У кого-то из них дома был коньяк. Коньяк сразил машинисток наповал.