Войны суровой каменное ложе

В пух, в троекратно взбитую постель.

Я, признаюсь, обрел в трудах суровых

Непринужденную, живую радость,

И бой с врагом приму я на себя.

Поэтому, почтительно склоняясь,

Прошу вас окружить жену заботой

И предоставить содержанье, слуг,

Жилище - словом, все, что подобает

Ей по рожденью.

Дож

Пусть она пока

Останется с отцом.

Брабанцио

Я возражаю.

Отелло

И я.

Дездемона

И я. Я не вернусь к отцу,

Чтоб, находясь с ним рядом, не будить

В нем мрачных мыслей. Милостивый дож!

К речам открытым с лаской слух склоните

И поддержите словом благосклонным

Мое простосердечье.

Дож

Чего бы вы хотели, Дездемона?

Дездемона

Я мавра полюбила для того,

Чтоб быть его женой. Всем протрубил

О том мой дерзкий бунт, мой вызов року.

Мне дорог даже темный облик мавра:

В нем отразилась светлая душа.

Высокой чести, доблести его

Я посвятила жизнь, судьбу и сердце.

Останься я здесь бабочкой порхать,

Когда мой муж пойдет в поход на турок,

Всего лишусь я, что влекло к нему,

И без любимого мне будет тяжек

Груз долгих дней. Позвольте ехать с ним.

Отелло

Синьоры, ваше слово? Умоляю

Дать волю ей.

Свидетель небо, не затем прошу я,

Чтоб утолить мой первый страстный пыл

Пыл юности погас уже в Отелло.

Я только не хочу стеснять жену.

Но пусть всевышний вас хранит от мысли,

Что я могу в столь важном предприятье

Из-за любимой делом пренебречь.

Нет, если легкокрылые безделки

Проворного Амура мне затмят

Любовной ленью разум, если я

Из-за игры любовной запятнаю

Честь воина, - пусть бабы обратят

Мой шлем в горшок, пусть строй позорных