Мой новый приятель как раз расстался с ужином и выпрямился. И принял. Сразу от двоих. Высоко летит, подумал я, дождя явно не будет. И ошибся. Потому что очнулся от ливня. Не просто капало, а прямо-таки неплохо лило мне в морду. Дождик, дождик, перестань, я поеду... Но тут я расчапил рухлые глаза и ехать сразу же расхотелось. Это был не дождь. Это мочился мне в морду один из жлобов. И нежно улыбался при этом.

Какая досада, мелькнуло в голове, уж лучше бы это была жлобиха. Эстетическое удовольствие...

Разом хлопнули дверцы, матерно проворчала по-японски отъезжающая "тойота". Я собрал свои раскиданные по травке части и поднялся, тряся головой, как собака после купания. Пахло "гамбургером", но может, я опять ошибался. В жизни не нюхал гамбургера.

Справа ворочалось и хлюпало в темноте, как свинья в луже. Это когда ж меня успели в деревню укатать?.. Но тут потянуло матом, и я понял. Это не деревня и не свинья. Это мой новый знакомец.

Я нащупал его в темноте. Он тоже попал под дождь, так как был мокрый. Почему-то у жлобов всегда хорошо работают почки, подумал я. Даже отлично работают. Но тут разгорелись, наконец, финари, и я увидел, что под дождь он не попадал. То была его собственная юшка. Что-то много я сегодня ошибаюсь. Ночь ошибок. Ошибочная ночь. Ошибала...

Пока мой знакомец собирал себя по частям, разбрасывая такие колоратурные маты, каких я не слышал даже в американских фильмах про русскую соц.действительность, я вышел в свет фонаря, чтобы ощупать свою харю. Ничего, харя как харя, только под глазами что-то набухло, да губа с сочную оладью. Но жить можно. Девицы ныне любят пухлогубых...

- Вперед, - прогубошлепил я подползшему знакомцу.