А дождь был бы, как никогда, кстати, подумала Кристина. Уже три недели город изнемогает от жары и духоты, и нервы у всех на пределе. Да и в отеле тоже станет хоть немного полегче. Сегодня днем главный инженер снова жаловался: Если не удастся в ближайшие дни отключить хоть часть кондиционеров, я больше ни за что не отвечаю.

Питер Макдермотт положил трубку на рычаг.

– А вы знаете, кто там живет, в этой комнате, откуда слышны стоны? спросила Кристина.

Он покачал головой и снова потянулся к телефону.

– Сейчас выясним. Наверное, кому-то приснились кошмары, но лучше все-таки справиться.

Только теперь, опустившись в глубокое кожаное кресло напротив большого стола из красного дерева, Кристина вдруг почувствовала, как сильно устала за день. При обычных обстоятельствах она уже давнымдавно была бы дома в своей квартире в Джентильи. Но день выдался особенно напряженный: надо было разместить делегатов целых двух конгрессов, да и других клиентов прибыло такое множество, что без конца возникали проблемы, требовавшие ее вмешательства.

– Хорошо, спасибо. – Макдермотт записал фамилию на листке бумаги и положил телефонную трубку. – Это Альберт Уэллс из Монреаля.

– А я знаю его, – сказала Кристина. – Очень милый старичок, каждый год у нас останавливается. Если хотите, я выясню, в чем там дело.

Питер медлил, глядя на тоненькую, стройную молодую женщину.

Пронзительно зазвонил телефон, и он снял трубку.

– Извините, сэр, – сказала телефонистка, – но нам не удалось разыскать мистера Огилви.

– Ладно. Соедините меня со старшим посыльным. – Если уж нельзя выгнать этого Огилви, подумал Макдермотт, то надо, по крайней мере, устроить ему завтра утром разнос. А пока не послать ли кого-нибудь выяснить, что там происходит на одиннадцатом этаже, а самому заняться инцидентом с герцогом и герцогиней?