БОРОДКИН. Дело в том, начальник, что это переработка. А у нас наряды со второго полугодия сего года планирует компьютер. Доступно говоря ай-би-эм. Я-то тебя могу понять, как человек человека. А компьютер железка. Ему задали план, он его гонит. Выходит, из-за тебя мне идти на конфликт с искусственным разумом? Соображаешь?

ГРИША. Что ж теперь делать?

БОРОДКИН. Ты же не машина. Что делать? Мыслить! Раз переработка не в плане, требуется...

ГРИША. Понял! Конечно! Это будет, я понимаю...

БОРОДКИН. Слава тебе Господи, осознал. А то, бывает, на вид грамотный, а в суть явления проникнуть не может... Паркетик хорошо вымыли? Ну-ка зажги свет, темновато.

ГРИША. Дело в том... (Нехотя нажимает выключатель.)

БОРОДКИН (быстро подходит к приемнику, резким движением выключает музыку). А где паркет?! Не вижу!

ГРИША. Паркета нет.

БОРОДКИН. Где паркет, я тебя вежливо спрашиваю, начальник?! Это же линолеум. Чешский линолеум на шерстяной подкладке. Или ты дальтоник? У меня простой оборудования! (Развинчивает швабру, укладывает ведра.) Нет, это тебе даром не пройдет! Бывает, балуются, скорую вызывают или пожарную, так они теперь засекают, с какого телефона. В газетах уже было... Я в милицию пойду. (Подумав.) Или лучше в школу.

ГРИША. Правильно! Я вас за тем и вызвал!

БОРОДКИН. Без поллитры не разберешься. Зачем? Говори! Яичницу кушать? (Нюхает.) Горелую...

ГРИША. Но вы не даете мне сказать!

БОРОДКИН. Могу дать слово. Говори! Я бытовик широкого профиля: слесарь, плотник, газосварщик. Хочешь - трубы достану, водопровод на улицу выведу? Будешь с ведром по воду ходить. Хочешь - дверь пробью в соседнюю квартиру? Будет коммуналка. Но ты первым делом учти мой простой.

ГРИША. Учту, учту! (Решившись.) Я вас вызвал, потому что мне нужен отец.

БОРОДКИН (после паузы). Кто?

ГРИША. Отец.

БОРОДКИН. То есть папа?! А... твой где?

ГРИША. Понимаете, он... У него инфаркт, и ему нельзя волноваться.