— Эта штучка, пожалуй, вас обрадует больше, чем бутылка, — и главный инженер положил на стол самодельную ручную гранату.

Но директор внезапно оборвал его:

— Ты можешь собственными руками перерезать себе горло? Можешь?

Главный инженер не понял слов директора и в растерянности огляделся вокруг. Только теперь он заметил сидевших с поникшим видом Чор Чуна и парторга. Понял, что случилось несчастье.

— Товарищ директор, садитесь. И вы тоже, — Чор Чун потянул за руку главного инженера и усадил его на стул рядом с собой. Главный инженер осторожно поставил на пол бутылку. Директор продолжал ходить вдоль комнаты, жадно глотая табачный дым. — Из города эвакуировался уездный комитет партии. Все учреждения. И только одна Ковонская шахта по-прежнему будет добывать уголь?—Чор Чун едва сдерживался, но старался говорить спокойно.

— Вот как… Что, испугались? Один останусь рубить уголь. Рабочие и отряд самообороны сумеют постоять за себя. Мы не можем бросить шахту. Да вы поймите, что от нас требуете!—Хо Хак Пин зло бросил на пол потухшую трубку.

— Товарищ директор… Тут все понятно. Положение на фронте ухудшилось. Как же мы будем работать, когда здесь скоро может быть враг? — вступил в разговор Чун О.

Директор внезапно остановился и в упор посмотрел на парторга.

— И ты с ними заодно?

— Дело не во мне; это указание партии, — твердо ответил Чун О.

— Мы передаем вам директиву свыше. В нашей провинции находится заместитель Председателя Кабинета Министров, он облечен чрезвычайными полномочиями и руководит эвакуацией, — поддержал парторга Чор Чун.

— Заместитель Председателя?

— Да.

— Тогда это приказ из центра?