Чор Чун вышел вперед и привычно уверенным голосом начал:

— Шахта должна быть немедленно взорвана. Пусть врагу не останется ни одной вагонетки угля… Предстоит эвакуация…

Чор Чун кончил говорить, и сразу же вся комната пришла в движение, зашумела.

— Один вопрос. Сколько нужно взять с собой продовольствия?

— Как быть семьям тех, кто ушел в армию?

Ки Бок — молодой парень с пневматическим молотком на плече — категорически заявил:

— Я не пойду. Не могу. Зачем же тогда организовывали отряд самообороны? Чтобы защищать нашу шахту, поселок, ее жителей, Мы ведь поклялись! Значит, отступить от клятвы?

Пожилой шахтер положил ему руку на плечо.

— Паровой котел (это было прозвищем Ки Бока), сядь на свое место. Не лезь вперед и не кричи. Не ты один. Уважай других.

— Но я еще не все сказал… — Ки Бок пытался доказать свою правоту, но уже не так рьяно.

Рабочие еще долго не расходились, задавали вопросы, шумели.

Тем временем старый мастер разбил всех на группы, каждой дал задание на взрывные работы. Чор Чун не вмешивался.

Солнце скрывалось за горами. Дул прохладный осенний ветер, поднимая клубы пыли, играя желтыми листьями. Долина притихла. Замерла узкоколейка. По ней к конторе спешили двое рабочих. Впереди — приземистый крепыш, диспетчер шестого участка. Следом за ним — круглолицый парень. Круглолицый, размахивая с самым беззаботным видом шахтерской лампочкой, подошел к Ки Боку.

— Здорово маханули, проход расчистился, хоть танцы устраивай!—сказал он и громко рассмеялся. Окружающие с удивлением переглянулись, но парень не обратил на это никакого внимания.

— Сколько метров осталось?—спросил Ки Бок, поддавшись его веселому настроению. Видно было, что они большие приятели.

— Не больше четырех. Взрыв удался.

— Удался… Теперь все это ни к чему, — вставил стоявший рядом пожилой шахтер.