Интересно было мне. Это судьба.

В соседней комнате я увидел, как папаша Севы со своими коллегами истязал задержанного. Последний орал как бешенный, ему же больно было. Не знаю, что он натворил, но поразила меня жестокость будущего тестя моего. Он бил его дубинкой, избивал, кричал на него. На шее у него опухли вены, он весь покраснел, и дубасил задержанного по спине, по плечу, по голове, и тот орал, ныл, плакал. И все это я видел через щель. Кругом крик и плачь.

Это страшное дело, мужики!

Мне не позволили отчетливо увидеть все детали, но кое – что удалось посмотреть. Я скрылся за сейфом, сказав, что мне необходимо с ним переговорить. То есть с ее отцом. И все это я видел. Да!

До сих пор крики задержанного у меня в ушах. Особенно запомнился как он орал:

– Ма – ма! Где тыыыы?

Расправа дошла до пика. Сотрудники, получив поддержку от ее отца, полностью насели на него. Задержанный ничего не делал, только кричал. Ему были выдвинуты серьезные обвинения, связанные с контрабандой. Но что было потом? Это ужасно!

Передо мной занесли в комнату пустую бутылку от Шампанского:

Затем мать задержанного с собою взятку принесла. Она рыдала, хныкала и показала бриллиантовое кольцо в один карат. Это была ее плата за сына. Кольцо было красивое, блестело на свету. Я его заметил и запомнил.

Задержанного отпустили скоро, он откупился дорого.

Через пару дней, кольцо я это увидал на пальце Севы.

– Откуда оно у тебя? – спросил я с ноткой горечи в голосе.

– Папа подарил. Красивое оно, разве нет? – она вытянула вперед руку, бриллиант блестел на солнце.

Это была наша последняя встреча. И это она поняла. Обиделась. Ее дело.

У меня все упало к ней. С душою полной сожалений мы расстались.

Я стал душить свои чувства, затягиваясь анашой.

:

Потом Яков научил меня играть в бильярд. Он считал эту игру искусством, песней, симфонией, и решил из меня сделать мастера этой игры.