- Так это мы, значит, справа обошли?

- Ага.

- Быстро. А я хотел по просекам.

Егерь усмехнулся:

- Здесь короче.

Сергей покачал головой:

- Тебе в Сусанины надо идти, Егорыч!

- Да уж...

Пересекли луг, вошли в густой смешанный лес.

Кузьма Егорыч уверенно двигался впереди, хрустя валежником, отводя и придерживая упругие ветки орешин. Серый ватник его быстро облепила паутина, сухая веточка зацепилась за воротник.

- Егорыч, а тут, наверно, грибов много бывает? - проговорил Сергей в ватную спину егеря.

- Когда как.

- А этим летом как?

- Ничего. Марья три ведра принесла. Посолили.

Слева в окружении кустарника показался расщепленный молнией дуб. Расколотый вдоль ствол белел среди сумрачной зелени.

- Смотри, как его, - кивнул головой Сергей.

- Да. И вроде б не на отшибе стоял-то.

- А тот вон такой же. Чего ж в этот ударила...

- Богу, стало быть, видней.

Сергей рассмеялся.

- Чего смеешься? У нас вон в пятьдесят восьмом шли через поле с сенокоса четверо, все вилы да косы на плечах несли. А одна баба без ничего шла, горшок из-под каши несла. Гром и ударил в нее. А она без железа, да ростом пониже. Стало быть, за грехи с ней рассчитаться положил...

- Случайность, - пробормотал Сергей.

- Случайностей не бывает, - уверенно перебил его егерь.

Лес кончился, меж стволов показалась широкая, залитая солнцем просека.

Кузьма Егорыч повернулся к Сергею и поднял палец:

- Ну, теперь тихо. А то услышит, и пиши пропало.

- Как пойдем? - шепнул Сергей, снимая с плеча ружье.

- Воон там по кустам переберемся...

Егерь снял с плеча свою двустволку, взвел курки и, сунув приклад подмышку, опустив ствол вниз, пошел через просеку. Сергей двинулся чуть погодя. Просека была широкой. Массивные пни успели порасти кустами и папоротником, высокая трава стояла стеной по всей просеке.