— Разбежался! — в сердцах воскликнул Андрей. — Ольга! Здесь ни слова, как готовить молочную смесь!

— Дурачок! Она сухая, в коробке, вон торчит из сумки. Там же и бутылочки, наверное.

Петька снова разревелся, и даже Ольга не могла его успокоить. Андрей по схеме на коробке пытался приготовить питательный раствор. Порошок следовало засыпать в кипяченую воду, охлажденную до сорока градусов. Термометра у Андрея не нашлось, да и кипяченой воды тоже. Налил в чайник под завязку, бухнул на плиту, потом сообразил, что можно отлить, требуется ведь всего стакан. А как охладить? Закипело, чайник под струю холодной воды…

Плач Петьки нервировал, но уже не казалось, что пацаненок готовится помирать, ведь Ольга рядом…

В дедушкиной инструкции было написано: смесь давать через соску номер один, а соску номер три использовать для жидкой каши, которая после купания на ночь.

— Идите вы к лешему со своими номерными сосками! — сдался Андрей.

Забрал у Ольги орущего ребенка и предложил ей самой готовить молочную смесь.

Оля засыпала порошок в бутылочку, встряхивала, выбирала нужную соску и с удивлением смотрела на Андрея:

— Ты чего прыгаешь?

— Это… как… выяснено, — между скачками отвечал Андрей, — единственный… способ… успокоить… этого… маленького монстра.

— Иди ко мне, зайчик! — запричитала Ольга, протягивая руки к младенцу. — Иди ко мне, солнышко! А сейчас тетя даст ам-ам… Вы, мужчины, поразительно тупыми бываете. Ребенок есть хочет, вот и плачет. Если бы тебя мучил голод, а кто-то принялся бы тебя трясти, понравилось бы! Ах, как мы славно кушаем! А у нас отличный аппетит! Верный признак здорового ребенка.

— Мне бы еще больного подсунули, — буркнул Андрей.

Но и он не мог оторваться от вида лихорадочно насыщающегося младенца. Петька сосал активно, двумя руками держал бутылочку, изредка обиженно шмыгал носом. Точно говорил: я у вас давно есть просил, а вы меня, маленького, обижали.