Хотя шумерская колбаса жила в норах, она большую часть времени проводила на деревьях, с удивительной ловкостью прыгая с ветки на ветку. Древние шумеры охотились за колбасой с луками и небольшими копьями, настигая ее на деревьях, и пронзая насквозь меткими выстрелами из луков и бросками копий. Устраивалась также периодически и охота с помощью норных собак. Собак для этой цели специально выращивали и обучали, ибо забраться в нору и выгнать наружу бешено огрызающегося матерого самца колбасы с его зубами и когтями было делом нелегким, и собаки нередко погибали на охоте. На одной из сохранившихся до настоящего времени шумерских керамических монет выбито изображение сидящей на ветке взрослой колбасы-самки с цепляющимся за ее шерсть колбасенком на спине, изготовившейся к прыжку.

Некоторое представление об охоте на колбасу в древней Греции мы можем получить из дошедших до наших дней трудов Плутарха и Геродота. Пространные рассуждения о колбасе встречаются также в труде Аристотеля "Учение о категориях", где на примере жизни колбасы в дикой природе дается понятие о цикличности в мироздании, и только что вылупившийся из яйца детеныш колбасы отождествляется с началом цикла, юностью, порождением новой идеи и т.п. Известная и чрезвычайно спорная аристотелевская категория "претерпевать" также интерпретируется в этой работе с помощью "колбасной" парадигмы. Великий древнегреческий мыслитель показывает стадиальность развития событий в мире на примере изменений, претерпеваемых колбасой на пути из дикого леса до очага и сковородки. Правда, необходимо особо указать, что некоторые ученые считают книгу "Учение о категориях" позднейшей подделкой и приблизительно датируют ее одиннадцатым веком нашей эры, а местом ее происхождения считают территорию современной Италии. Математический анализ оригинального текста книги "Учение о категориях", проведенный российским ученым Виктором Еременко (В.С.Еременко "Бифуркационный анализ нарративных текстов" М.1992), показал, что смысловые пары, образованные словом "колбаса", в сравнении с частотным словарем греческого языка, дают хорошее совпадение с таковыми, употребляемыми греческими колонистами на территории современной Италии в одиннадцатом-двенадцатом веках нашей эры.