Ага, вот она, кирпичная пятиэтажка, древняя как библейские пророки. А рядом с домом — обнесённое сеткой стойло для авто. Спортстер там же: прохлаждается в ожидании хозяина. Смертничек, ха-ха.

Баскетбольная площадка, удачный угол: отлично просматриваются все подъезды и стоянка. К тому же идеальная маскировка: смешаться с толпой праздных зрителей: юных мамаш-одиночек, гуляющих допоздна, и педофилов, тщательно демонстрирующих интерес к игре урловатых тинэйджеров.

— Мальчик, можно тебя на минуточку, мальчик! — солидный джентльмен, с брюшком и при галстуке.

— Чо надо? — прыщавый паренёк поправляет козырёк бейсболки: на шампуры пальцев нанизаны стальные перстни. Украшение? — не смешно! — узаконенный кастет: рассечённая бровь, вмятый висок.

— Мальчик, хочешь, я сделаю тебе минет? — наивная опрометчивость джентльмена настолько поражает Охотника, что он на минуту отвлекается от пристального наблюдения. Джентльмен обречён и ещё не осознаёт своей незавидной участи: ну кто ж так договаривается? Надо тише, интимней. Тогда есть реальный шанс достигнуть обоюдовыгодного консенсуса. Но: — Мальчик, ты пойми: я тебе буду делать минет, не ты мне, а я тебе. Понимаешь? Я заплачу. Пять долларов, да? Хочешь пять долларов?

Козырёк медленно сползает на бритый затылок:

— Пять баксов? Хочу, ёлы. Щас-с.

Две команды, итого десять человек. Кирпичная резина мячика, подсвеченная прожекторами, катится в угол площадки. В удачный угол. Разговоры смолкают. Предчувствие свежей крови.

Охотник жадно дышит, и едва не упускает наездника. Тот выходит из подъезда, достаёт из пачки сигарету и поклоном приветствует оккупировавших лавочку стариков. Чинные, преисполненные достоинства кивки в ответ.

Тварь! — Охотник на взводе. Напоследок оборачивается: джентльмен пытается добежать до блестящего чёрного бумера. Не успеет.

Охотник — внезапно! — так близко к наезднику, что замечает, как кончик сигареты опадает пеплом в курчавую арийскую бороду. Назад! — в тень!