Считается, что научным работникам, как правило, чужды обыкновенные радости жизни. Ботаны, додики, компьютерные черви – каких только оскорбительных названий ни придумали простейшие, чтобы оказаться «на высоте» по сравнению с людьми, которые пробивают себе дорогу мозгом, а не черепной коробкой. Однако Генриха было трудно обидеть и даже чем-то удивить. Потому что он знал обо всем, что происходит у людей в голове, изнутри: какие зоны активизируются, когда простой смертный хочет спать, есть, бегать и даже заниматься сексом. Более того, Генрих знал, что занятие сексом за деньги и по любви – не одно и то же даже для клеток ума (так он называл про себя мозг), тем более для души. В существование души ученый верил безоговорочно, только для него эта субстанция давно обрела материальность, вес, размер и предназначение. Именно душа стала предметом одного из его тайных исследований, которое хранилось в той же папке «Самостоятельные работы». Придет время – он взорвет мир. А пока его не интересовали войны, международные отношения, социальные проблемы и эмоции в принципе.

Молодой ученый не утруждал себя обязывающими отношениями с женщинами. Они мешали работать – реально мешали. Баб нужно было слушать, смотреть им в глаза, реагировать на их слезы и претензии, переводить их речь на понятный язык. По большому счету Генрих думал, что все лица слабого пола располагаются на оценочной шкале где-то в промежутке между Мариной Львовной – властной, непривлекательной, умной брюнеткой и Светочкой – милой, глупенькой, симпатичной блондинкой. Для ученого романтические отношения с женщиной были непозволительной тратой времени и сил. Потому два раза в неделю он приглашал к себе домой обыкновенную проститутку Эльфиру.