— Тогда вставай, — сказал Карцев.

— Я посижу… — хрипло сказал Вася и закашлялся.

— Вставай, вставай!.. Идем.

Карцев поднял Васю со ступенек и открыл дверь приемного покоя.

— Ну как, задний мост здорово шумел? — спросил Вася.

— Не очень.

— Он еще черт-те когда начал шуметь… Я сначала думал, вот-вот рассыплется, а потом привык. Сателлиты, что ли, подработались?

— Давай, давай, двигай… — сказал ему Карцев.

Васю оставили до утра в больнице, а Карцев, пообещав ему отогнать машину в цирковой гараж, еще немножко покурил у дежурного врача. Затем пришли три медбрата — студенты-практиканты из Первого медицинского института. Один из них, в джинсах и кедах, сел с Карцевым в кабину указывать дорогу, а двое других пошли за машиной пешком. К больничному моргу.

Карцев медленно вел машину между институтскими корпусами.

— Откуда везешь, шеф? — спросил медбрат в джинсах.

— Показывай дорогу, — ответил Карцев. — Теперь куда?

— Налево… Ну и работка. Шел бы лучше в такси…

— Заткнись, — сказал Карцев.

— Чего?!

— Заткнись, говорю. Показывай, куда ехать…

Вчетвером они спустили гроб в громадный подвал морга, и, когда Карцев поднялся наверх в прозекторскую, к нему подошла заспанная женщина в очках и шерстяном платке, накинутом прямо на халат, и сказала:

— Тут вам записка. На столе, под стеклом.

На куске форменного бланка для заключения патологоанатома было написано: «Профессор Зандберг просил позвонить ему в любое время. Зандберг Давид Львович. Тел.: В 8-24-69».

Карцев сел к столу и набрал номер Зандберга.

— Алло… — немедленно ответил Зандберг.

«Телефон у кровати», — машинально подумал Карцев и сказал:

— Давид Львович? Это Карцев.

— Ну?.. — сорвавшимся голосом спросил Зандберг, и было слышно, как он часто дышит.

— Это Вера.

Зандберг молчал.

— Вот так… — сказал Карцев и навалился грудью на стол.