- Добрый день, - мужчина поздоровался на английском, коснувшись шляпы. - У вас удачный день? - говорил он с легким акцентом, но установить, с каким именно, не представлялось возможным. Так мог говорить ребенок, который ходил в школу в десятке стран, а его десять гувернанток говорили на разных языках.

- Не самый плохой, - осторожно ответил Барбер.

- Какая из них вам приглянулась? - мужчина указал на размытых туманом лошадей, выстроившихся на стартовой линии.

- Номер три, - ответил Барбер.

- Номер три, - мужчина пожал плечами, словно жалел Барбера, но хорошее воспитание не позволяло ему озвучить свои мысли. - Как нынче поживает кинобизнес?

- Кинобизнес уже с месяц как отправился домой, - Барбера несколько удивила информированность мужчины. Американская компания снимала фильм о войне, и Барбер провел четыре великолепных, хорошо оплачиваемых месяца в должности технического консультанта, застегивая парашюты на главных героях и объясняя режиссеру разницу между "Р-47" и "В-25".

- А блондинистая звезда? - мужчина опустил бинокль. - С роскошным задом?

- Тоже уехала.

Мужчина вскинул брови, покачал головой, выражая сожаление в том, что его новый знакомый и город Париж лишились роскошного зада.

- Зато теперь у вас свободна вторая половина дня и вы можете прийти на бега, - он вновь поднес к глазам бинокль. - А вот и они.

Номер три лидировал до последней прямой, на которой его обошли четыре лошади.

- На каждом ипподроме этой страны дистанцию стоит укоротить на сотню метров, - философски изрек Барбер, достал квитанции, разорвал пополам и бросил на мокрый бетон.