«Без Киплинга вся русская поэзия ХХ в. (разве что кроме самого его начала) была бы совсем другой»

Александр Галич.

Герберт Уэллс, вспоминая свои студенческие годы, писал о Киплинге: «этот колдун, открыл нам мир всяческих механизмов и самых разных, совсем не поэтичных вещей, мир инженеров и сержантов… Он превратил профессиональные жаргоны в поэтическую речь /……/ Киплинг с мальчишеским энтузиазмом что-то темпераментно кричал, он радовался людской силе, упивался красками и запахами огромной Империи. Он завоевал нас, вколотил в головы звонкие и нестираемые строки, особенным образом расцветил наш простой бытовой язык, и заставил многих подражать себе."

Так обстояло дело со взбаламучены морем английской поэзии на рубеже веков. А уж что касается поэзии русской, то влияние Киплинга на неё оказалось несравненно более грандиозным, чем даже на его родную, английскую.

Не надо и пристально вглядываться, чтобы увидеть, что с времён Байрона ни один иностранный поэт так сильно не повлиял на русскую поэзию, как Киплинг [3]. Для того, чтобы доказать правдивость этого широковещательного заявления, я вкратце напомню тут о тех русских поэтах, которые без Киплинга были бы совсем иными или вообще бы могли не состояться. Итак, долго не думая, просто хронологически:

Гумилёв. Ну, первый же пример, хотя бы «Капитаны», с их наивным, но, в общем то, прямо идущим от Киплинга сгущённым романтизмом, — и прежде всего преклонение перед сильными характерами:

…Те, кому не страшны ураганы.

Кто изведал мальстремы и мель,

Чья не пылью изодранных хартий.

Солью моря пропитана грудь,

Кто иглой на изодранной карте

Отмечает свой дерзостный путь…

И взойдя на трепещущий мостик,

Вспоминает покинутый порт,

Отряхая ударами трости

Клочья пены с высоких ботфорт…

И виноваты не поэты, а бег времени, что стихи такого рода все дальше и бесповоротнее, хотя вполне законно, переходят в разряд поэзии для детей; возможно это происходит по причине их картонности, видной взрослым очень явственно на фоне живого стиха самого Киплинга.