– Вот тебе щит и меч от моего отца. Этот меч не так скоро затупится от ударов, как твой прежний. И у меня нет желания стоять без щита под твоими ударами. Я бы охотно прекратил теперь эту игру, потому что боюсь, твоя удача пересилит мою неудачу, а всякий, что бы то ни было, жаден до жизни.

– Теперь нечего идти на попятный! – сказал Бьярни. – Будем сражаться дальше!

– Я не стану рубить первым, – сказал Торстейн. Тогда Бьярни перерубает весь щит у Торстейна, но и Торстейн выбивает щит у Бьярни.

– Здорово ты рубишь! – сказал Бьярни. Торстейн ответил:

– И ты рубишь не хуже!

Бьярни сказал:

– То же у тебя оружие, что и прежде, а разит теперь куда лучше.

Торстейн сказал:

– Хотел бы я избавить себя от беды, если возможно, и боюсь сражаться с тобой. Хочу я по-прежнему сдаться под твою власть.

Рубить должен был Бьярни, а они оба были теперь без щитов. Тогда Бьярни сказал:

– Было бы плохой сделкой обменять удачу на преступление. Я считаю, что ты один – достаточная плата за троих моих работников, если ты будешь хранить мне верность. Торстейн сказал:

– У меня был сегодня не один случай предать тебя, если бы моя неудача оказалась сильнее твоей удачи. Теперь уже я никогда не предам тебя.

– Вижу я, что ты очень хороший человек, – сказал Бьяр-ни. – Позволь мне сходить к твоему отцу и сказать ему обо всем так, как я считаю нужным.

– Иди и делай, как хочешь, – сказал Торстейн.- Но будь осторожнее.

VII

Тогда Бьярни пошел к спальной нише, где лежал старый Торарин. Торарин спросил, кто это там, и Бьярни назвался.

– Какие у тебя новости, дорогой Бьярни? – сказал Торарин.

– Убит Торстейн, твой сын, – сказал Бьярни.

– Защищался ли он хоть немного?

– Не знаю никого, кто был бы проворнее в схватке, чем твой сын Торстейн.

– Неудивительно, – сказал старик, – что им так доставалось от тебя в Долине Бёдвара, раз теперь ты одержал верх над моим сыном.