370 Твоя ладонь росой покрылась влажной".

"Нет больше сил... Кто этот старец важный?

Не вспомнить мне никак его черты.

О Ликий, почему укрылся ты

От взгляда острого в тоске безмерной?"

375 "То Аполлоний - мой наставник верный.

Он муж ученый, но в мой сладкий сон,

Как злобных бредней дух, сейчас ворвался он".

Меж тем крыльцо пред Ликием предстало

С колоннами у пышного портала;

380 Сияние светильника текло

На темный мрамор - гладкий как стекло

И в нем звездой мерцало отраженной;

Переплетались вязью утонченной

Прожилки в камне дивной чистоты:

385 Воистину богиня красоты

Могла ступать по ровным плитам пола.

С волшебною мелодией Эола

Дверь отворилась в царственный покой,

Сокрывший их от суеты мирской.

390 Уединенье слуги разделяли

Немые персы; их подчас видали

В базарном гвалте, но никто не мог

Проведать, где хозяев их порог.

Но, истины во славу, стих летящий

395 Расскажет о печали предстоящей,

Хоть многие желали бы сердца

Покинуть любящих в неведенье конца.

Часть II

Любовь и черствый хлеб средь нищих стен

Прости, Амур! - есть пепел, прах и тлен.

Подчас любовь - и в золото одета

Мучительней поста анахорета.

5 Сказания из призрачной страны

Непосвященным чужды и темны.

Поведай Ликий о себе хоть слово

Нахмурилась бы нравственность сурово,

Но столь недолгим был восторга час,

10 Что не послышался шипящей злобы глас.

Сам Купидон от ревности мгновенной

К блаженству пары этой совершенной

Над створом двери, что в покой вела,

Парил, раскрыв шумящие крыла,

15 И полночи вокруг рассеивалась мгла.

Но вот пришла беда: перед закатом

За пологом, прозрачно розоватым,