Он развязал пакет и вытащил из него два пистолета и патроны.

— Видимо, Лека хочет кое-что сказать мне, да и мне тоже хочется сказать ему пару слов. Хотя я и не думаю, что он поверит мне, но попробовать можно.

Флинт прикусил верхнюю губу, а я зарядил оружие, засунул большой «магнум» в кобуру, а маленький пистолет калибра 32 сунул в правый карман пиджака.

После этого я поднялся, Флинт последовал моему примеру.

— Уже почти обеденный перерыв, — небрежно сказал он. — Если вы подождете несколько минут, мы сможем перекусить вместе.

— А что потом? И к чему это, Флинт. Вы же не сможете быть моим телохранителем днем и ночью!

— Мы могли бы выделить для вашей охраны пару агентов в штатском. Разумеется, на какое-то время.

— На какое-то время, но не навсегда. И вы не сможете оправдаться перед начальством. Если вы хотите по-настоящему что-то сделать для меня, попытайтесь найти того человека, который действительно убил того парня.

Похоже было, что Флинт опять почувствовал себя неловко.

— Сделаем все, что в наших силах.

— Вот и прекрасно! В таком случае, до свидания. У меня впереди трудный день.

— Что вы собираетесь делать?

Я посмотрел на него.

— Как и вы, попытаюсь сделать все, что в моих силах.

Я вышел из кабинета и спустился на лифте на первый этаж. Чтобы идти нормально, требовалось пересилить себя. Передвигаясь с трудом, словно на ватных ногах, я добрался до входной двери и вышел наружу. На мгновение я остановился на верхней ступеньке, греясь на теплом весеннем солнышке, и постарался отыскать глазами тех, кто меня ожидал.

Проезжую часть улицы почти полностью занимал длинный черный «кадиллак». Один человек стоял на тротуаре, опершись о заднюю дверцу машины, другой прислонился бедром к блестящему переднему крылу. Третий прислонился к уличному фонарю в трех ярдах от меня.