Из-за дальних гор, из-за древних горДа серебряной плетью река Рассекала степи скулу.Белый дрок в костер, бересклет в костер,Над обрывом стою Боги! Боги! Как берег крут!Мертвой свастикой в небе орел повис,Под крылом кричат ледяные ветра,Я не вижу, но знаю — он смотрит внизНа холодный цветок моего костра.Мир припал на брюхо как волк в кустах,Мир почувствовал то, что я знаю с весныЧто приблизилось время Огня в Небесах,Что приблизился час восхождения Черной Луны.Я когда-то был молод — так же, как ты,Я ходил Путем Солнца — так же, как ты,Я был Светом и Сутью — так же, как ты,Я был Частью Потока — так же, как ты!Но с тех пор, как Она подарила мне взор,Леденящие вихри вошли в мои сны,И все чаще мне снились обрыв и костерИ мой танец в сиянии Черной Луны.Я готов был собакой стеречь ее кровРади счастья застыть под хозяйской рукой,Ради права коснуться губами следовМне оставленных узкою легкой стопой.А ночами я плакал, и бил себя в грудь,Чтоб не слышать, как с каждым сердечным толчкомПроникает все глубже, да в самую сутьБеспощадный холодный осиновый кол.Бог мой, это не ропот — кто в праве роптать!Слабой персти ли праха рядиться с Тобой!Я хочу просто страшно, неслышно сказатьТы не дал, я не принял дороги иной.И в этом мире мне нечего больше терять,Кроме мертвого чувства предельной виныОттого я пришел сюда петь и плясать
