Ваша поступь легка Шаг с мыска на каблук И подернуты страстью зрачки, словно пленкой мазутной Любопытство и робость Истома и страх Сладко кружится пропасть И стон на губах Так замрите пред мертвой витриной, где выставлен труп мой. Я изрядный танцор — прикоснитесь желаньем, я выйду Обратите внимание — щеголь, красавец и фат Лишь слегка потускнел мой камзол, изукрашенный пылью Да в разомкнутой коже оскалиной кости блестят. На стене молоток Бейте прямо в стекло И осколков поток Рухнет больно и зло Вы падете без вывертов — ярко, но просто, поверьте. Дребезг треснувшей жизни Хрустальный трезвон Тризна в горней отчизне Трезво взрезан виссон Я пред Вами, а Вы предо мной — киска, зубки ощерьте И оркестр из шести богомолов ударит в литавры Я сожму Вашу талию в тонких костлявых руках Первый танец — кадриль, на широких лопатках кентавра Сорок бешенных па по-над бездной, чье детище — мрак. Кто сказал "Казанова не знает любви" — тот не понял вопроса Мной изведан полет на хвосте перетертого троса Ржавый скрежет лебедок и блоков — мелодия бреда Казанова, прогнувшись, касаткой ныряет в поклон менуэта За ключицу держитесь Безудержный пляс Не глядите в замочные скважины глаз Там, под крышкою черепа, — пыль и сушеные мухи Я рукой в три кольца обовью Ваш каркас А затем куртуазно отщелкаю вальс Кастаньетами желтых зубов Возле Вашего нежного уха. Нет дороги назад — перекрыта и взорвана трасса