Берлин

ФОРМУЛА

 Сутулится на стуле беспалое пальто. Потемки обманули, почудилось не то. Сквозняк прошел недавно, и душу унесло в раскрывшееся плавно стеклянное число. Сквозь отсветы пропущен сосудов цифровых, раздут или расплющен в алембиках кривых, мой дух преображался: на тысячу колец, вращаясь, размножался и замер наконец в хрустальнейшем застое. в отличнейшем Ничто, а в комнате пустое сутулится пальто.

1931

Берлин

НЕОКОНЧЕННЫЙ ЧЕРНОВИК

 Поэт, печалью промышляя, твердит прекрасному: прости! Он говорит, что жизнь земная — слова на поднятой в пути — откуда вырванной? — странице (не знаем и швыряем прочь) или пролет мгновенный птицы чрез светлый зал из ночи в ночь. Зоил (пройдоха величавый, корыстью занятый одной) и литератор площадной (тревожный арендатор славы) меня страшатся потому, что зол я, холоден и весел, что не служу я никому, что жизнь и честь мою я взвесил на пушкинских весах, и честь осмеливаюсь предпочесть.

1931

Берлин

ВЕЧЕР НА ПУСТЫРЕ

 Вдохновенье, розовое небо, черный дом с одним окном


5 из 25