Самолёт, на котором я должна лететь в Москву, стоял среди лётнего поля, не трогаясь с места. Мы, пассажиры, кое-как удерживали глаза от слипания: рейс - предрассветный. Я специально выбрала именно его, чтобы поспеть в Москву к открытию нужного мне учреждения, и в тот же день вернуться ночным рейсом обратно. Но время шло, а самолёт стоял.

- Уважаемые пассажиры, - проворковала наконец в динамике стюардесса, - просим извинения, но наш вылет задерживается на час по метеоусловиям Москвы.

- Кой чёрт Москвы? - взорвался сидевший впереди меня мужчина. - Я вчера оттуда прилетел, там - ни облачка!

Стюардесса, естественно, не слышала его реплику и потому не вступила в дискуссию. Зато в салоне тут же завязался оживленный спор о том, как непредсказуемы прогнозы метеорологов, сводки, как правило, составлены шиворот-навыворот.

- Да ладно вам - метеосводки, - заявил кто-то гулким басом, - лётчики пьяные, потому и не летим. Экипаж новый ищут.

Мы недоверчиво приняли эту версию - уж очень высок прежний авторитет «Аэрофлота», который хоть и развалился на множество авиакомпаний, а в памяти у всех до сих пор жив рекламный призыв: «Летайте самолётами «Аэрофлота»! Это выгодно и надёжно!» Но сон - коварная вещь, спорщики вскоре поутихли, салон засопел, засвистел и запохрапывал.

Я не принимала участия в споре, периодически открывала глаза, видела бетон взлётной полосы, зелёное поле за ней, и вновь засыпала. Через час появился экипаж, и я пришла к мнению, что не так уж басовитый пассажир не прав, говоря о пьяных лётчиках.