И душа ощущает беды притяженье. Словно это и есть тот полет волшебства, Той прекрасно-несчастной мечты отраженье. 4. Все тайны на поверку — пустяки… Обыденно часы твои стучат. Шаги беды прекрасны и легки, И призраки по-прежнему молчат. И ты среди изломанных теней Грустишь, ты с чем-то темным породнен. И любишь одиночество сильней, Над блекнущей душой своей склонен. И все, что не получится никак, Стучит тоской, отчаяньем в виске… И строчка — красоты предвечной знак — Застыла навсегда в черновике. 5. Невероятные реальности Блестят во сне и наяву, И ты опять впадаешь в крайности, И веришь чуду, волшебству. Среди надменных и трагических Событий, вздохов, слов и дней, Так много символов мистических, Так много проклятых теней. Но вот никак не догадаешься, (До смерти не узнать никак) Зачем на свете обретаешься? Все кажется, что просто так… Глядишь на звездное сияние, И видишь то, что суждено. И падаешь сквозь расстояния На галактическое дно. Жонглируй ледяными строками, Что так опасны и легки… Из бездн летят полунамеками Души сожженной двойники. 6. В мире этом нужно быть позлее, Нужно ярость горькую копить. Без оглядки на беду, смелее, Неизбежность из ладоней пить. Ночь любить, что смотрит так коварно, Тени в лабиринтах сторожить. И высокомерной и нетварной Безнадежно-грустной жизнью жить. Кровью строки расплавлять и болью,