Скалы овеяны льдами вершин.

Скалы стоят на ладонях долин.

Север на Юг загляделся в упор.

Лапы титанов – подножия гор

Черные о гор упадают ручьи.

Скалы сложили нам песни свои.

Волнами черными издалека

С Черного моря идут облака.

Дали заставлены Черной горой.

Залиты долы ненастною мглой.

Жалобу шепчет, слетевшую с уст,

Тихим ветрам можжевеловый куст.

0, дерево мое, к тебе мои слова,

Кормилец мой, мое существованье.

Так вслушайся, чем жизнь моя жива,

Я песню тебе спою – мое мечтанье.

Ты знойным летим в лапах духоты,

Зимой – от стужи и от вьюг страдаешь,

Дожди сквозь листья пропускаешь ты,

То сук, то ветку наземь ты роняешь.

Все восседают на горбу твоем:

Орлы и воробьи, и куры-тоже.

В корнях твоих капаются живьем -

Свинья и мул, и конь – аж дрожь по коже.

Вот на тебя вползает муравей,

Посмотришь – мал и, кажется, безвреден.

Он водит носом по коре твоей,

И мучает тебя, хоть неприметен,

А ты стоишь безмолвно, как немой,

И с уст твоих ни слова, ни попрека.

Все кровь твою сосут но голос твой

Тобой же подавляется жестоко.

Как зверь, я тихо, дни свои кляня,

Прошу тебя: забудь об укоризне.

Вот и молчу я на излете дня,

Споткнувшись о жестокий камень жизни.

Родная земля!

Твои горы пою,

Ущелья и реки,

Как будто в раю.

Здесь черные гребни

Глядят с вышины;

Легенды и песни

Повсюду слышны.

Зовут вас леса

Все живей и сильней: