Как под огненною бурей, Кровь людей огнем бурлила, Клокотала дикой жаждой Золота и наслаждений.

Стало золото девизом, Ибо этот желтый сводник -Золото -- само дарует Все земные наслажденья.

И когда в вигвам индейца Заходил теперь испанец, Он там спрашивал сначала Золота, потом -- воды.

Стали Мексика и Перу Оргий золотых притоном. Пьяны золотом, валялись В нем Писарро и Кортес.

Лопес Вакка в храме Кито Стибрил солнце золотое Весом в тридцать восемь фунтов И добычу в ту же ночь

Проиграл кому-то в кости,-Вот откуда поговорка: "Лопес, проигравший солнце Перед солнечным восходом".

Да, великие то были Игроки, бандиты, воры. Люди все несовершенны, Но уж эти совершали

Чудеса, перекрывая Зверства самой разъяренной Солдатни -- от Олоферна До Радецкого с Гайнау.

В дни всеобщей веры в чудо Чудеса вершат и люди,-Невозможному поверив, Невозможное свершишь.

Лишь глупец тогда не верил, А разумный верил слепо; Преклонял главу смиренно Перед чудом и мудрец.

Из рассказов о героях Дней чудесных веры в чудо, Как ни странно, всех милее Мне рассказ о дон Хуане

Понсе де Леон, сумевшем Отыскать в морях Флориду, Но искавшем понапрасну Остров счастья Бимини.

Бимиии! Когда я слышу Это имя, бьется сердце, Воскресают к новой жизни Грезы юности далекой.

Но глаза их так печальны, На челе венок увядший, И над ними в нежной скорби Мертвый плачет соловей.

Я ж, забыв свои недуги, Так соскакиваю с ложа, Что дурацкий балахон мой Расползается по швам.

И тогда смеюсь я горько: Ах, ведь зто попугаи Прохрипели так потешно, Так печально: "Бимини!"

"Помоги, святая муза, Фея мудрая Парнаса, Сделай чудо, покажи мне Мощь поэзии священной!

Докажи, что ты колдунья, Зачаруй мне эту песню, Чтоб она волшебным судном Поплыла на Бимини!"

И едва я так промолвил, Вмиг исполнилось желанье, И смотрю, корабль волшебный Гордо Сходит с верфей мысли.

Кто со мной на Бимини? Господа и дамы, просим! Понесут волна и ветер Мой корабль на Бимини.