От санкюлотов до бомонда, В одном порыве вековом, Париж, Нью-Йорк, Берлин и Лондон Несутся вскачь за пятаком!..

И в этой сутолке всемирной, Один на целый миp вокруг, Брезгливо поднял бровь ампирный Гранитный барин Петербург!

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЕ ТРИОЛЕТЫ.

Скажите мне, что можеть быть Прекрасней Невской перспективы, Когда огней вечерних нить Начнет размеренно чертить В тумане красные извивы?! Скажите мне, что можеть быть Прекрасней Невской перспективы?..

Скажите мне, что может быть Прекрасный майской белой ночи, Когда начнет Былое вить Седых веков седую нить И возвратить столетья хочет?! Скажите мне, что может быть Прекрасный майской белой ночи?..

Скажите мне, что можеть быть Прекрасней дамы Петербургской, Когда она захочеть свить Любви изысканную нить, Рукой небрежною и узкой?! Скажите мне, что можеть быть Прекрасней дамы Петербургской?. .

СТРАННЫЙ ГОРОД.

Санкт-Петербург - гранитный город, Взнесенный Словом над Невой, Где небосвод давно распорот Адмиралтейскою иглой!

Как явь, вплелись в твои туманы Виденья двухсотлетних снов, О, самый призрачный и странный Из всех российских городов!

Недаром Пушкин и Растрелли, Сверкнувши молнией в веках, Так титанически воспели Тебя - в граните и в стихах!

И майской ночью в белом дыме, И в завываньи зимних пург Ты всех прекрасней - несравнимый Блистательный Санкт-Петербург!

У АЛЕКСАНДРИНСКАГО ТЕАТРА.

Там, где Российской Клеопатры Чугунный вэор так горделив, Александринского театра Чеканный высится массив.

И в ночь, когда притихший Невский Глядит на бронзовый фронтон, Белеет тень Комиссаржевской Меж исторических колонн...

Ты, Петербург, с отцовской лаской Гордишься ею!.. Знаю я: Была твоей последней сказкой Комиссаржевская твоя...

Нежнее этой сказки - нету! Ах, Петербург, меня дивит, Как мог придумать сказку эту Твой размечтавшийся гранит?!

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ.