Во мгле дубравы молчаливой,

Подобно лани боязливой,

Она исчезла без следа.

60 Как дум заветных воплощенье,

Ее Танкред увидел вновь,

Вновь это чудное виденье

Зажгло уснувшую любовь:

64–71 Как ст. 28–35 основного текста

«Ты жалкий трус, гяур презренный!» —

Свой вызов бросила она,

Горя отвагой дерзновенной,

Надеждой вновь увлечена.

76–92 Как ст. 35–51 основного текста

На диво всем от смерти верной

Врагом Клоринда спасена,

И глубоко изумлена,

Но все еще высокомерно

Глядит на рыцаря она.

98 —101 Как ст. 52–55 основного текста

Его слова, полны печали,

Невольно в душу проникали:

«Взгляни, Клоринда, жалкий враг,

105 Ничтожный воин пред тобою:

Пощады молит он бедняк,

Уязвлен гибельной стрелою;

Твоих желаний верный раб,

Я пред тобой пуглив и слаб…

110 О, кинь минутный взор участья,

Промолви слово, — и опять

Я полон мужества и счастья,

Готов всю жизнь тебе отдать!

Но если встретить сожаленье

115 В твоих очах мне не дано,

Но если гордое презренье

Мне от Клоринды суждено, —

Вот грудь моя!.. Любя, умру я…

Зову губительный удар.

Из милых рук твоих ликуя,

Приемлю смерти грозный дар!»

Она внимала; гнев жестокий

В душе невольно утихал,

Невольно взор ее глубокий

125 Тревогу сердца выдавал.

Вот луч усмешки горделивой

Мелькнул на царственных устах,

Минутной искрою в очах

Он вспыхнул резво и стыдливо.

130 Но очерк дивного чела,

Невольной грустью омрачая,

Ресниц шелковых тень густая