Сойди с седла, мой милый, поскорее К стволу уздою привяжи коня! Меня порадуй милостью своею И сотни тайн узнаешь от меня. Приди и сядь, здесь не таятся змеи… Я докажу, как целовать умею!
Пусть губ нам пресыщенье не замкнет, Пусть голодом томятся в изобилье… В них бледность или алость расцветет, Чтоб счет мы поцелуям позабыли… И летний день мелькнет, как быстрый час, В забавах упоительных для нас!"
Она хватает потные ладони Веселого и крепкого юнца И эти руки в исступленном стопе Бальзамом именует без конца… Такая вдруг в ней объявилась сила, Что прочь с коня она его стащила.
Уже в одной руке у ней узда, Другою сжато юноши дыханье… Он покраснел, сгорая от стыда, Но в нем молчит свинцовое желанье. Она, как уголь в пламени, цветет, Он красен от стыда, но в страсти — лед!
Уздечку пеструю на куст колючий Она швырнула… Как любовь быстра! Привязан копь, и вот удобный случай: Ей всадника теперь сковать пора… Ей хочется его отдаться власти, Но он не разделяет пылкой страсти.
На локти и колени опершись, Она тотчас же рядом с ним ложится… Он в гневе, но она ему: "Не злись!" И так и не дает ему сердиться. Целуя, говорит она ему: "Браниться станешь — рот тебе зажму!"
Он от стыда горит… Она слезами Спешит залить невинный пламень щек. И в вихре вздохов над его щеками Волос струится золотой поток. Он тщетно к скромности ее сзывает, Но поцелуй моленье заглушает.