на ворохе исписанных листовиголками водить словам по коже.
12
«Так дай же Господи мне тихо умереть»
С прощальным криком ебаная чайкаупала в море, поднялась с рыбешкойА я поймал себя на том что это майкапостирана и хлопает как трешкана бельевой веревке, в прошлом векена этом же балконе той же виллыи вот уже в который раз «мой милый»стекает липко по спине на солнцепеке.Обрыдло даже это трепаное море.Все одинаково: закат, рассвет, бриз, ногикак-будто волны надвигаются картинкииз прошлого в сегодня по дорогеодна в одну, прозрачны, бестелесныи легкий ветерок с плеча былинкисдувает с жизнью в небо подневесноеотлив уносит на могильную луну венки.Так дай же Господи мне тихо обмелеть!За что ты мучаешь меня на этом свете?Я повидал уже Тебя и жопу чайкилетящей враскорячку с рыбкой к Витеон там — заклепка между винтиком и гайкойБог все заводит и заводит, жмет пружинкаа молоточек бьет по шестеренкам: «дринькать!»Соеденяя две размытые картинки…Так Дай же, Господи, мне по уму нагайкой!Засунь меж шестеренок рыбку с чайкойзасунь туда собачку, БаскервиллиИ научи все заново: кричать на «суахили»бежать по пристани в набедренной повязкеметая дротики в раскрашенное краскамиполотнище с гербом «Мои салазки»…Так дай же, госсподи, мне тихо умеретьи превратиться в Солнышко из сказки.
