– Я же просил аккуратней работать!

– Да я сам не знаю, Дэн, как это вышло. Какой-то он хлипкий оказался. Я ему легонько по шее въехал, а там что-то хрустнуло, и вот…

– Знаю я твое «легонько»… Ну да ладно, хоть не огнестрел. Пушки – в сейф, журнал заполните вчерашним числом, я распишусь.

Денис смел со стола раскуроченный пулей телефон и, безнадежно махнув рукой, ушел в жилую половину. Скоро он вернулся с беспроводной трубкой и стал звонить Глушко.

– Здорово, Толик!

– Привет! Жалуйся!

– Приходили ко мне двое с «калашниковыми», покрошили весь офис, живого места не осталось.

– Надо же, какие быстрые! Не ожидал такой прыти. Сам-то как?

– Да что мне сделается за моим волшебным столиком! Хорошо, что тогда тебя не послушал, обшил железом.

– Да уж! Угадал! А они где? Смылись?

– Куда там! У нас руки длинные. Лежат тут оба. Правда, один со сломанной шеей. А так все пучком.

– Лучше бы сбежали… Теперь вони не оберешься!

– Я тебе и звоню по этому поводу. Нужен свой мент из Пролетарского района. Есть у тебя кто-нибудь?

– Есть, Вадим Ситник, старлей из уголовки. Помнишь, как-то пиво пили в «Раке»?

– Ну так звони! Пусть хороший человек повысит себе процент раскрываемости. Попроси, чтобы он пулей ко мне, пока другие не пронюхали.

– Все, отбой. Когда найду его, перезвоню.

Ожидая милицию, Денис обзвонил всех ребят и попросил затаиться на время, пока в разборке с Черепом наступит какая-то ясность. Как раз на следующий день утром нужно было отправлять конвой с деньгами в Москву, и директор банка попросил усилить охрану ввиду последних тревожных милицейских отчетов о грабежах на дорогах. Воспользовавшись оказией, Денис решил отправить туда восьмерых ребят, которые чаще других бывали с ним на людях и могли стать разменной монетой в разборках с Черепом.