А мы - будто мертвые: без мыслей, без снов,

Но вдруг проснемся пред собственным чудом:

Ведь мы все спали, а терем готов.

Но что это, Боже? Не бьется ль тише?

Со страхом к сердцу прижалась рука...

Плотник, ведь ты не достроил крыши,

Не посадил на нее конька!

1916

5

Не знаешь, как выразить нежность!

Что делать: жалеть, желать?

Покоя полна мятежность,

Исполнена трепета гладь.

Оттого обнимаем, целуем,

Не отводим влюбленных глаз,

Не стремимся мы к поцелуям,

Они лишь невнятный рассказ

О том, что безбрежна нежность,

Что в нежности безнадежность,

Древнейшая в ней мятежность

И новая каждый раз!

1915

6

Находит странное молчание

По временам на нас,

Но в нем таится увенчание,

Спокойный счастья час.

Задумавшийся над ступенями,

Наш ангел смотрит вниз,

Где меж деревьями осенними

Златистый дым повис.

Затем опять наш конь пришпоренный

Приветливо заржет

И по дороге непроторенной

Нас понесет вперед.

Но не смущайся остановками,

Мой нежный, нежный друг,

И объясненьями неловкими

Не нарушай наш круг.

Случится все, что предназначено,

Вожатый нас ведет.

За те часы, что здесь утрачены,

Небесный вкусим мед.

1913

7

Какая белизна и кроткий сон!

Но силы спящих тихо прибывают,

И золоченый, бледный небосклон

Зари вуали розой закрывают.

В мечтах такие вечера бывают,

Когда не знаешь, спишь или не спишь,

И каплют медленно алмазы с крыш.

Смотря на солнца киноварный знак,

Душою умиляешься убогой.

О, в этой белой из белейших рак

Уснуть, не волноваться бы тревогой!

Почили... Путник, речью нас не трогай!