Мы, до пределов некиих, вольны

И властвовать, и править сей Землей

С тех самых пор, как Ева и Адам

Лишились Рая, мной обольщены.

И с тех же пор с великим страхом ждем,

Что семя Евы насмерть поразит

Мою главу... Господни жернова

Неспешно мелют, им и вечность — миг;

А в этот раз круговорот часов

Излишне быстро обозначил срок

Обещанному древле нам удару.

Пристало ждать; и мыслю: под главой

Сотренной — разумеется предел

Всей нашей власти, воле, бытию

Во царствах и воздушном, и земном.

Лихие вести: Семенем Жены

Встарь нареченный — ныне в свет рожден.

Его рожденье устрашило нас;

А днесь во цвете лет Он и, явив

Толики ум и благость, совершит

Бессмертные дела — и страшен паче.

Пророк Ему предпослан: возвещать

Пришествие; глашатай кличет всех

К реке, чья освященная струя

Грехи смывает, мол... Во чистоте

Сретать велит пришельца — иль, верней,

Приветствовать Царя. И всяк идет;

И Сам Он прочих между был крещен -

Тем не очиститься, но лишь обресть

Свидетельство Небес, дабы народы

Уверовали твердо. Я узрел

Поклон Предтечи; вышед из воды

Крещаемый — отверзлись в Небесах

Врата хрустальные; и на главу

Пришельцу белый голубь низлетел -

Не знаменье ль? И Божий глас я внял,

Благоволивший Сыну с высей горних.

И се, рожденный смертной от Царя

Небесного — чего же не свершит

Пришелец, коль Родитель всемогущ?

Мы помним Божья Первенца, и как

Он ярыми громами нас низверг;

Кто Сей — разведать должно. Человек

Он зраком обычайный — правда, лик

Сияньем Отчей Славы озарен.

Сия угроза движет нас на грань

Крушенья; посему, не препираясь,

Противустанем ей: употребим

Не силу, но уловку, хитрый ков -

Пока не встал Он во главе племен

Как Царь, и Вождь, и Властелин Земли.