…Около десяти вечера все жильцы дома припали к окнам, а некоторые высыпали во двор, привлеченные странным зрелищем: на катке один за другим загорались костры, расположенные через равные промежутки, а между ними колдовали два человека в резиновых сапогах. Одного из них узнали практически все: это был Владимир Шаболин, председатель стихийно организованного родительского комитета дома. Второго узнали немногие: им был частный детектив Алексей Кисанов. Впрочем, спустя каких-то десять минут об этом уже знали многие.

Вход на каток стерег участковый, шугавший резвых подростков, вознамерившихся подойти поближе к огню. Дворничиха тоже стояла на страже, помогая участковому.

– Что тут такое? – восклицали голоса, на что она с важным видом поясняла, что идет «следственный эксперимент».

Костры горели бодро: сухие дрова для каминов и технический алкоголь для разжигания барбекю, за которыми детектив с Шаболиным ездили в магазин, делали свое дело исправно.

Лед таял, превращаясь в мокрую кашу.

– А каток? А потом обратно зальют? – беспокоились пацаны.

– Зальют, зальют, – отвечали участковый и дворничиха.

Толпа вокруг катка росла, а вместе с ней рос нестройный гул голосов. Казалось, что тут собралось какое-то странное племя вокруг ритуальных костров, которыми заправляли два шамана.

И вдруг детектив присел и махнул рукой Шаболину. Тот подошел, наклонился. После чего оба разогнулись и Алексей прокричал:

– Есть! Гасим! Зинаида Матвеевна, давайте!

Толпе пришлось расступиться, потому что дворничиха с крайне важным видом разматывала шланг. Затем передала его конец детективу. Он направил струю воды на огонь. Шипя и испуская дым, костры гасли один за другим.

Но для собравшегося люда зрелища еще не закончились. Вскоре подъехали две машины, одна милицейская, вторая обычная, без опознавательных знаков, фургончик. Толпу милиционеры отогнали подальше от катка, уговаривая жителей разойтись по домам. Никто, разумеется, расходиться не хотел – но отойти пришлось.