Но как же это невозможно!

В те дни и приоткрылась мне

Ошеломительная древность

В разоблачительном огне

Боязни, облаченной в ревность.

И мы в той жизни молодой

Стоим, почти одной бедой

Я ревностью, а ты мечтой

Сжигаемые соразмерно.

Как на картинке

Под звездой,

Подрагивающей неверно.

ЗАГОВОР

Кликать станет чеpный, злой,

У него глаза иглой

Не люби того,

Не люби того!

Станет pыжий звать, а он

Пустомеля, пустозвон

Не люби его,

Не люби его!

Вот пpиду,

Позову,

Вот скажу

Выходи!

Не люби, не люби, не люби

Никого!

То и думать бpось, - не люби!

Не люби вон того,

Не люби вон его,

А меня - видишь я? - люби!

Видишь - я?

Вот меня люби.

Видишь Я?

Слышишь Я?

Говоpишь твоя?!

Загляжусь осою ржавой,

жалом тускло заблестевшим,

Полосатым дирижаблем над окурком пожелтевшим,

Загляжусь янтарной жилкой - солнечной!

в разрезе сада,

Виноградною пружинкой с нежной гирькой винограда,

С подоконника свисая,

в створках отражусь зеркально,

Веерным разбегом сада раскадрован моментально,

Точно кто меня покинет, чтоб извне изобразиться,

И мгновение застынет, и заставит прослезиться

Дефективным на экране, эхом тихого дурдома,

Все мое существованье распустившего бредово...

Боже мой! Зачем все это?., многофокусные призмы,

И разлом в дому, и лето перезрелой укоризны,

Где друг друга гордо мучим

по безмолвным одиночкам,

Где огромный миг озвучен

только крохотным звоночком

Звонкой девочкой, дочуркой,

выбежавшей из-под душа,

Зыблющей под мокрой шкуркой всю светящуюся душу.

Вся она - в потемках взгляда,