* * * * * *

Зыбко, неприкаянно и тускло У России в крови подошвы, чувствуют себя сегодня все; и проклятие той беды дух без исторического чувства - настоящее сделать прошлым память о вчерашней колбасе. не дают ей ее следы.

* * * * * *

Тянется, меняя имя автора, Никакой государственный муж вечная российская игра: не спасет нас указом верховным; в прошлом - ослепительное завтра, наше пьянство - от засухи душ, в будущем - постыдное вчера. и лекарство должно быть духовным.

* * * * * *

Куда-то мы несемся, вскач гоня, Всеведущ, вездесущ и всемогущ, тревожа малодушных тугодумов окутан голубыми небесами, обилием бенгальского огня Господь глядит на нас из райских кущ и множеством пожарников угрюмых. и думает: разъебывайтесь сами.

* * * * * *

Я полон, временем гордясь - Мне жалко усталых кремлевских владык, увы - предчувствиями грустными, зовущих бежать и копать; ибо едва освободясь, гавно, подступившее им под кадык, рабы становятся Прокрустами. народ не спешит разгребать.

- 14

Нынче почти военное время для человечества: можно пропасть и сгинуть, С упрямым и юрким нахальством можно воспрять и жить; струясь из-под каменных плит, время зовет нас вынуть под первым же мягким начальством самое сокровенное Россия немедля бурлит. и на алтарь отечества бережно положить. * * *

* * * Устои покоя непрочны

на русской болотистой топи, Изнасилована временем где грезы о крови и почве и помята как перина, зудят в неприкаянной жопе. Власть немножечко беременна, но по-прежнему невинна. * * *

* * * Народный разум - это дева,

когда созрела для обьятья: Вынесем все, чтоб мечту свою страстную одной рукой стыдит без гнева, Русь воплотила согласно судьбе; другой - расстегивает платье. счастье, что жить в эту пору прекрасную уж не придется ни мне, ни тебе.