– Ой, ну вы, прям, мне ужасы какие-то на ночь глядя рассказываете, – поежилась Зинаида.
– Так вы же детектив!
– Ну не до такой же степени! Чего это вы глазами засверкали? Я уже все уяснила, только не поняла – чего вы от меня-то хотите?
– Я что, неясно выражаюсь? – снова набычился гость. – Я хочу, чтобы вы как следует выяснили, как по-настоящему погибли мой друг и его жена. И за это я заплачу в два раза больше того, что вы уже успели запрятать.
– А чем вас эта версия не устраивает? – пожала плечами Зинаида. – Ну, мало ли, может, у них с женой какой-нибудь акт протеста был? Забастовка из-за отмены льгот… я не знаю…
– Не смешите меня. Если бы что-то подобное имело место, они бы записку какую-нибудь оставили, тезисы, призывы, ну что там полагается… Да и с чего бы?! У Дениса все шло нормально, какой протест!
Зинаида поелозила на стуле, секунду поразмышляла и выдала новую версию:
– А может быть, ваши друзья просто не смогли выйти из домика? Я же знаю, у вас, обеспеченных, сейчас такие сложные замки, закрылись и сами не могли открыть. Вот и пришлось помирать от голода.
Крылов уже сообразил, что дело попало не совсем в те руки, на что он рассчитывал, однако деньги теперь были надежно упрятаны, поэтому он сокрушенно вздохнул и напомнил некоторые детали.
– Я же говорил вам, мать Дениса разговаривала с соседями, те действительно видели Васильевых незадолго до ее приезда. То есть мать приехала пятого июня, в этот день их видели соседи по даче. Васильевы, по их рассказу, спокойно пололи грядки, рыхлили и выглядели вполне обычно.