=== ===

К родине любовь у нас в избытке Я к дамам, одряхлев, не охладел, теплится у каждого в груди, я просто их оставил на потом: лучше мы пропьем ее до нитки, кого на этом свете не успел но врагу в обиду не дадим. надеюсь я познать уже на том.

=== ===

Когда однажды ночью я умру, День, который плохо начат, то близкие, надев печаль на лица, не брани, тоскливо ноя, пускай на всякий случай поутру потому что и удача мне все же поднесут опохмелиться. утром спит от перепоя.

III. ВОЖДИ ДОРОЖЕ НАМ ВДВОЙНЕ,

КОГДА ОНИ УЖЕ В СТЕНЕ

Во всех промелькнувших веках Напрасно мы стучимся лбом о стену, любимые публикой цезари пытаясь осветить свои потемки; ее самое впопыхах в безумии режимов есть система, душили, топтали и резали. которую увидят лишь потомки. Но публика это терпела, и цезарей жарко любили, поскольку за правое дело всегда эти цезари были.

=== ===

Сезонность матери-природы Пахан был дух и голос множества, на нашу суетность плюет, в нем воплотилось большинство, и чем светлей рассвет свободы, он был великое ничтожество, тем глуше сумерки ее. за что и вышел в божество.

=== ===

Ни вверх не глядя, ни вперед, Ждала спасителя Россия, сижу с друзьями-разгильдяями, жила, тасуя фотографии, и наплевать нам, чья берет и, наконец, пришел Мессия, в борьбе мерзавцев с негодяями. и не один, а в виде мафии.

=== ===

Нам век не зря калечил души, России посреди, в навечной дреме, никто теперь не сомневается, лежит ее растлитель и творец; что мир нельзя ломать и рушить, не будет никогда порядка в доме, а в рай нельзя тащить за яйца. где есть непохороненный мертвец.

=== ===

Как у тюрем, стоят часовые Сбылись грезы Ильича, у Кремля и посольских дворов, он лежит, откинув тапочки, пуще всех охраняет Россия но горит его свеча: иностранцев, вождей и воров. всем и всюду все до лампочки.

=== ===

В нашей жизни есть кулисы, В России так нелепо все смешалось, а за ними - свой мирок, и столько обратилось в мертвый прах, там общественные крысы что гнев иссяк.