Т-о, и директор гимназии, знаменитый эллинист, – одно и то же лицо. Мысли этой придерживается С. Маковский, хорошо знавший обоих. А если так, то не мог И.Ф. Анненский и ассоциироваться с Царским Селом. Понимание того, кто есть на самом деле этот тихий пожилой господин, пришло много позднее, как позднее возникла и связь между поэтами, связь, о которой рассказывает Гумилев в стихотворении, посвященном памяти И.Ф. Анненского (вошло в сборник «Колчан»).

* * *К таким нежданным и певучим бредням                      Зовя с собой умы людей,Был Иннокентий Анненский последним                      Из царскосельских лебедей.Я помню дни: я, робкий, торопливый,                      Входил в высокий кабинет,Где ждал меня спокойный и учтивый,                      Слегка седеющий поэт.Десяток фраз, пленительных и странных,                      Как бы случайно уроня,Он вбрасывал в пространство безымянных                      Мечтаний – слабого меня.О, в сумрак отступающие вещи                      И еле слышные духи,И этот голос, нежный и зловещий,                      Уже читающий стихи!В них плакала какая-то обида,                      Звенела медь и шла гроза,А там, над шкафом, профиль Эврипида                      Слепил горящие глаза.…Скамью я знаю в парке; мне сказали,                      Что он любил сидеть на ней,Задумчиво смотря, как сини дали                      В червонном золоте аллей.Там вечером и страшно и красиво,                      В тумане светит мрамор плитИ женщина, как серна боязлива,                      Во тьме к прохожему спешит.Она глядит, она поет и плачет,                      И снова плачет и поет,Не понимая, что всё это значит,                      Но только чувствуя – не тот.Журчит вода, протачивая шлюзы,                      Сырой травою пахнет мгла,И жалок голос одинокой музы,                      Последней – Царского Села.

И.Ф.