– Слушай сюда, шкура! – грубо, по-блатному протянул он. – Давай рожай скорее. Какого хрена от меня надо? Но прежде чем ответить, запомните, – он окинул сидящих перед ним женщин и мужчину взглядом, полным такой холодной ярости, что им стало зябко, – если с головы Нади и пацанов упадет хотя бы волос, вы пожалеете о том, что родились.

По упитанным плечам Бунина пробежала волна дрожи. Таису охватил ужас – она понимала, что слова Серова не пустая угроза. И только Флора недоуменно посмотрела на Таису:

– О чем это он?

– Вы заставляете меня повторяться. – Таиса натянуто улыбнулась Серову. – Я говорю снова: все будет зависеть от вас. Скажу больше. Надежда Ивановна даже не догадывается, что она, если так можно сказать, заложница. А вот вы уже совершили преступление. – Перехватывая инициативу, Таиса почувствовала себя увереннее. – Убили человека. Так что…

– Ко мне на квартиру вломились четверо вооруженных людей, – равнодушно сказал Ковбой. – А с девяносто первого года принят закон о защите жизни и жилья. Виновным меня не признает ни один суд. И хватит предварительных церемоний. Давай к делу. Что я должен делать?

– Что-то не ясно, – покачал головой Корсар, входя в комнату, где сидели трое мужчин, – Ковбой, как я понял, наскоро куда-то собрался. Что не в кино или в зоопарк, я уверен.

– А вот твой юмор, – недружелюбно покосился на него смуглый широкоплечий человек, – не к месту. Судя по всему, Серега куда-то влип…

– А вот этого не надо, – сказал Тигр, – Ковбой дал слово Наде. И теперь пусть по его вине начнется мировая война, он и пальцем не пошевелит. Что-что, а слово Серов держать умеет.

– Я согласен с тобой, Юрист. – Худощавый мужчина в очках задумчиво осмотрел всех. – Но то, что Ковбой куда-то отправляется, думаю, ясно всем. А значит, учитывая то, что сказал Тигр, с Надей и пацанами беда. Кто-то вынудил его предпринять какие-то действия.