Верят только мальчишки в романтику, В неприступность соседских девчат, Но уже вундеркиндова мантия Кое-где на ребячьих плечах.

И галантности тонкое кружево Вероятно нам век суждено Предлагать нашим милым и суженым, Словно серое полотно.

1973 г.

* * *

Непоправимое входит В трещины утренних радуг, Падают в кружку со спиртом Слезы вчерашнего дня. Выжми на теплые губы Эту ненужную влагу, Выпусти в форточку жалость И помолись за меня.

1973 г.

* * *

Я к вам вошел - незваный гость. (Не надо снисхожденья). Мне просто вновь не удалось Забыть про то мгновенье Когда кипит в бокалах пунш И полночь на пороге, Когда ее сердитый муж Играет где-то в покер.

Пусть серебрится седина, Пусть глубоки морщины, Зовет к себе меня весна Признав во мне мужчину. А мне бы кивер голубой, Гусарский кодекс чести, И не испортит старый конь Застольной вашей песни.

И вновь мальчишество в крови, Перебродив с годами, Толкает нас на корабли, За горизонт и в пламя. И "прапор"* старых чудаков Не осквернен бесчестьем. И над дорогой стук подков И весел, и беспечен. ____________________ * - знамя 1973 г.

2

* * *

Ноль-ноль часов. Никем не тронут снег, Сугробы беззащитны и ранимы, И чудеса творить необходимо Когда из Декабря в Январь твой след.

Пусть жалость и наивна и легка, Хрупка как новогодняя игрушка, Но сумасбродным быть ничуть не скучно . Иду назад. Без звезд. Без маяка.

Иду в Декабрь. Память, как звонарь, Колокола продрогшие тревожит: Здесь целовался, не стыдясь прохожих, С курносой девочкой... Она ушла в Январь.

А здесь мой друг. Звоню ему, как встарь: Три точки, три тире, опять три точки... Он должен быть, он тоже полуночник, Он все поймет... А он ушел в Январь

Бегу в Декабрь, В старый Год Земли, Уже не пьян, уже почти проснувшись.