а потому — народ со мной. Собой торгующий и пьяный, аморфный столько гиблых лет... Я и такому предан рьяно, другого-то народа нет. И жду, как из больницы друга, — всему на свете свой черёд, — что от тяжелого недуга он выздоравливать начнёт. Заговорит открыто, смело, покажет волю наконец! И будет Слово, будет Дело, которое всему венец.