Ударом ноги он распахнул дверь и замер на пороге крыльца, сжимая в кармане рукоять пистолета.

Тихо. Снежинки, как и вчера, кружились в лучах фонаря.

Луна мутно просвечивала сквозь снежные тучи. Из-за деревьев желтым светом горели окна соседнего дома. Финну почему-то вспомнилась девочка Катя. Он стал гадать, чем она сейчас занята: решает задачки по математике, читает сказки, шьет платье кукле, - и от этих мыслей ему стало вдруг хорошо и легко.

Собаки появились, когда он миновал уличный фонарь. Заскрипел снег, темные лохматые тени выскочили на дорогу и преградили ему путь. На этот раз лая не было - только тихое угрожающее ворчание. На мгновение Финн замер. Опомнившись, сделал шаг вперед - ворчание стало громче. Выругавшись, он сунул руку в карман и выхватил пистолет. Но не успел толком прицелиться, как скорее ощутил, чем увидел какое-то стремительное движение. В следующий миг он почувствовал, как в правую руку вцепились острые собачьи зубы. Застонав от сильной боли, он кулаком левой руки ударил собаку по голове. У него хватило выдержки не выронить пистолет, но воспользоваться им сейчас он уже не мог, и, если бы не ярость, которую вызвала в нем боль, его охватил бы ужас.

В ответ на удар кулака раздался визг. Напавшая на Финна собака отлетела в сторону и бросилась догонять убегавшую прочь стаю, мгновенно растаяв вместе с ней в ночной темноте.

Финн переложил окровавленный пистолет в левую руку и, шатаясь, пошел домой, оставляя за собой на снегу дорожку из красных капель.

* * *

Ледяной ветер шумит верхушками елей. Небо висит над самой землей, давит на голову и грудь.

Пересохший рот... Липкие от крови пальцы...

Финн проснулся и увидел, что повязка на руке намокла красным - рана кровоточила.