И Солнце, что светит поляне отлогой,

Сажают тебя, укорачивают,

В улей тебя заколачивают

Сиди же, пчела, и роись,

На округ на мой лишь садись,

И с белых, и с красных, и с синих цветов

                 пыль собирать не ленись.

А тебя я, пчелиная матка, замыкаю на все пути,

Чтоб тебе никуда не идти,

Запираю замком,

Расставайся со днем,

Ты во тьме уж усладу себе улучи,

Под зеленый куст, в Океан я бросаю ключи.

А в зеленом кусте грозна Матка сидит,

Маткам старшая всем,

И сидит, и гудит —

Непокорную жечь! Непокорна зачем!

В луг за цветами, цветик есть ал,

Белый и синий расцвел.

Матка гудит Семьдесят семь у ней жал,

Для непокорных пчел.

Будьте ж послушными, пчелы,

Пусть отягчится, как гроздь полновесный,

Меж цветов светло-вольных и кельею тесной,

Рой ваш веселый.

С вами в союз я вошел,

Слово я твердо сказал,

Его повторять я не стану.

За непокорище ж тотчас под куст, к Океану,

Там Матка старшая сидит, и семьдесят семь у ней

                                            жал,

Семьдесят семь у ней жал,

Для непокорных пчел!

ЗАГОВОР НА ЗЕЛЕНУЮ ДУБРОВУ

Я по острову хожу,

Через все леса гляжу,

По прогалинам и мракам,

По оврагам, буеракам,

Дуб, береза, липа, ель,

Ива, жимолость, и хмель,

И калина, и рябина,

И дрожащая осина.

Я по всем гляжу ветвям,

По листам, и по цветам,

Я зову мою дуброву,—

Быть бы живу мне, здорову:—

Подступясь к ней зверь и гад,