Я помню, где-то,далеко вначале,наплававшись до дрожи поутру,на деревенском стареньком причалесушила я косенки на ветру.Сливались берега за поворотом,как два голубо-сизые крыла,и мне всегда узнать хотелось:что там?А там, за ними,жизнь моя была.И мерялась, как водится, годами,и утекали годы, как вода…Я знаю, чтоза синими горами,и не хочу заглядывать туда.
«Память сердца! Память сердца…»
О память сердца! Ты сильней
Рассудка памяти печальной…
К. БатюшковПамять сердца! Память сердца!Без дороги бродишь ты, —луч, блуждающий в тумане,в океане темноты.Разве можно знать заране,что полюбится тебе,память сердца, память сердца,в человеческой судьбе?Может, в городе – крылечко,может, речка, может, снег,может, малое словечко,а в словечке – человек!Ты захватишь вместо счастьятеплый дождь, долбящий жесть,пропыленную ромашкусолнцу можешь предпочесть!..Госпитальные палаты,костылей унылый скрип…Отчего-то предпочла тывзять с собою запах лип.И теперь всегда он дышитнад июньскою Москвойтой военного тревогой,незабвенною тоской…А когда во мгле морознойкрасный шар идет на дно —сердце бьется трудно, грозно,задыхается оно…Стук лопаты, комья глины,и одна осталась я…Это было в час заката,в первых числах января.А когда в ночи весеннейгде-то кличет паровоз,в сердце давнее смятенье,счастье, жгучее до слез!Память сердца! Память сердца!Где предел тебе, скажи!Перед этим озареньемотступают рубежи.Ты теплее, ты добреетрезвой памяти ума…Память сердца, память сердца,ты – поэзия сама!
