Памяти отца

Не горят и не возвращаются...

Высшая проба

Опыт

Короткое лето в тайге

На белый танец приглашен метелью...

Были теснит почти небылица...

Полета бесконечный миг

Звезда в полыни

x x x

Ночь подкралась из кустов крушины,

Месяц нависает палашом.

Головы друзей... или кувшины

На заборе под Большим ковшом...

-- Если под Большим, то где же Малый?-

Вспыхнул в меру трезвый агроном.

-- Смолкни, поэтически отсталый!

Малого послали... за вином...

С фермы навалился буйный запах,

Городские принялись чихать.

Агроном вздыхает: -- Как в Анапах!..

С насморком -- Россию не понять.

x x x

На валтасаровом пиру -

Жизнь укороченная на день.

Звучит валторной ввечеру

Душа, скрываясь в лист тетради.

...Печаль стихает, но ясней -

На стенах старого жилища -

След угасающих огней,

Приметы тленья,

Пепелища.

Знать, не придется уберечь

Шум вавилонского убранства...

Ночь, угли вольного пространства,

Восторг.

Немеющая речь.

СТАНЦИЯ У ОЗЕРА

Ветер сорвал расписание жизни.

Прежнее чувство -- осколками песни

ранит и ранит -- исчезни, исчезни.

Воскресни!-- -

Тень валуна затекла к изголовью.

Тайна двоих переполнена явью,

словно Синара -- взволнованной кровью

заката.

Пляска сердец в средостении лета.

Запах костра из ночного стаккато.

И не сдается на милость рассвета

цикада.-- -

Близость порогов волнует теченье.

Яростным бегом томится молчанье,

лишь бы открылось второе дыханье

для песни.

x x x

Над полынью сцепились две радуги.

Прячут шпалы в горячий гудрон -

дуновенья Синары и Ладоги.

Нет меня. Я -- июльский перрон: