Потом его мысли вновь вернулись к Бороде. Он не мог без уважения относиться к природной хватке пахана, умеющего даже в настоящее время вести свой корабль в заданном направлении.

Конечно, у него в «семье» были потери, но они умело восполнялись как за счет молодых, так и за счет

старой, проверенной лагерями кадры, кем для Бороды был в настоящее время он.

Последний раз по наводке пахана они успешно распотрошили дома одного заведующего бойней, завладев

его 78000 рублей. На этом им надо было оставить его в покое, тем более что потерпевший на них не стал

жаловаться в милицию, имея на то веские основания. Легкость, с какой была осуществлена операция, вскружила

им головы, а поэтому, узнав, что их «потерпевший» хранит часть сбережений в служебном сейфе, решили и их

забрать у него. Однако, пытаясь его открыть, они подняли такой шум, что не заметили приезда работников

милиции, вызванных по телефону сторожем бойни. Они с Валетом, другим участником ограбления, задержанным

на месте за покушение на хищение, были осуждены соответственно на шесть и пять лет лишения свободы.

Приговором суда Виктор был доволен, так как, взяв организацию преступления на себя, рассчитывал

получить гораздо большую меру наказания. Вероятно, та неопытность, с которой они подошли к совершению

преступления, и легкость задержания дали основания суду считать их не такими опасными для общества, какими

они были в действительности. Да к тому же и чистосердечное признание в содеянном сыграло не последнюю

роль при назначении наказания.

Почему стоящий на стреме Жора их не предупредил о ментах, для них было тайной до сих пор, пока не

очутились в зоне. Туда Борода письмом сообщил, что тот слишком поздно увидел ментов, а поэтому едва сам