Какой-то птицами купчишка торговал,Ловил их, продавалИ от того барыш немалый получал.Различны у него сидели в клетках птички:Скворцы и соловьи, щеглята и синички.Меж множества других,Богатых и больших,Клетчонка старая виселаИ чуть-чуть клетки вид имела:Сидели хворые три канарейки в ней.Ну жалко посмотреть на сих бедняжек было;Сидели завсегда нахохлившись уныло:Быть может, что тоска по родине своей,Воспоминание о том прекрасном поле,Летали где они, резвились где по воле,Где знали лишь веселия одне(На родине житье и самое худоеПриятней, чем в чужой, богатой стороне);Иль может что другоеПричиною болезни было их,Но дело только в том, что трех бедняжек сихХозяин бросил без призренья,Не думав, чтоб могли оправиться они;Едва кормили их, и то из сожаленья,И часто голодом сидели многи дни.Но нежно дружество, чертогов убегая,А чаще шалаши смиренны посещая,Пришло на помощь к нимИ в тесной клетке их тесней соединило.Несчастье общее союз сей утвердило,Они отраду в нем нашли бедам своим!И самый малый корм, который получали,Промеж себя всегда охотно разделялиИ были веселы, хотя и голодали!Но осень уж пришла; повеял зимний хлад,А птичкам нет отрад:Бедняжки крыльями друг дружку укрывалиИ дружбою себя едва обогревали.Недели две спустя охотник их купил,И, кажется, всего рублевик заплатил.Вот наших птичек взяли,В карете повезли домой,
