- М-да... - Адвокат вновь откинулся назад, положил локти на подлокотники и сложил вместе кончики пальцев. - Давайте-ка остановимся на вашем небезупречном прошлом. Только, прошу вас, говорите по существу, у нас мало времени.

Миссис Абердин кивнула, так и не подняв головы.

- Мои родители очень религиозны. Я воспитывалась в строгости, какой, я уверена, не знала ни одна моя сверстница. Жизнь подчинялась раз и навсегда установленному распорядку: школа, дом, церковь и молитва, молитва, молитва... Меня никуда не отпускали с друзьями. И в школу, и в церковь я ходила только в сопровождении старших - матери или сестер. Я никогда не бывала в кино, театре, в гостях у подруг... О танцах и говорить нечего. Меня даже погулять в парк не выводили - прогулки считались у нас в семье праздным времяпровождением, а праздность - прямой дорогой к погибели. Все мое детство прошло в четырех стенах... И в молитвах. Мои родители всегда все делали по правилам, им ни разу в голову не пришло усомниться в целесообразности этих самых правил или в собственной правоте. Я просто задыхалась от их праведности... - Лора покачала головой, словно отгоняя неприятные воспоминания, и посмотрела наконец на адвоката. В ее жгучих темных глазах читался вызов. - Когда мне исполнилось шестнадцать, я сбежала из дома. Прокралась ночью на улицу, дошла до шоссе, проголосовала и навсегда укатила из этой "святой обители". Я не взяла с собой ни цента, так что можете себе представить, каким образом мне пришлось добывать деньги на пропитание. Впрочем, к черту недоговоренности! - Глаза миссис Абердин сверкнули. - Да, я торговала собой - не из порочности или наживы ради, а чтобы не умереть голодной смертью. Иногда жизнь обходилась со мной жестоко, порой - просто подло, но я ни разу не пожалела о побеге из дома. Ни на миг. Да, свобода обошлась мне недешево, но она того стоила...